На главную             О русском
художнике
Михаиле
Нестерове
Биография Шедевры "Давние дни" Хронология Музеи картин Гостевая
Картины Рисунки Бенуа о нём Островский Нестеров-педагог Письма
Переписка Фёдоров С.Н.Дурылин И.Никонова Великий уфимец Ссылки  
Мемуары Вена 1889 Италия 1893 Россия 1895 Италия, Рим 1908   Верона 1911
Третьяков О Перове О Крамском Маковский О Шаляпине   О Ярошенко

Письма Михаила Васильевича Нестерова

   
» Вступление
» Часть первая
» Часть вторая
» Часть третья - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9 - 10 - 11 - 12 - 13 - 14 - 15 - 16 - 17 - 18 - 19 - 20 - 21 - 22 - 23 - 24 - 25 - 26 - 27 - 28 - 29 - 30 - 31 - 32 - 33 - 34 - 35 - 36 - 37 - 38 - 39 - 40 - 41 - 42 - 43 - 44 - 45 - 46 - 47 - 48 - 49 - 50
» Часть четвертая
Михаил Нестеров   

Часть третья

424. С.Н.ДУРЫЛИНУ
Москва, 15 августа 1926 г.
Здравствуйте, дорогой Сергей Николаевич!
Ваше доброе и такое, по обыкновению, пристрастное письмо получил. Благодарю за него. Ведь так хорошо иногда чувствовать, что не все люди беспристрастны... Как-то легче дышится. [...] Из двух слов Ваших о Матейке я вижу, что этого художника Вы не знаете (оригиналы). Матейка похоронен в Кракове, на Вавеле, где покоятся польские короли, где похоронен Мицкевич. Даром поляки этого не делают. Когда-нибудь мы поговорим с Вами о польском художнике-патриоте. О, он не Мункачи!.. Вчера был двадцатый день со дня смерти Виктора Михайловича Васнецова. Были на Лазаревском, служились одна за другой две панихиды. Пели свои, очень хорошо. Народу набралось много, художников человека четыре-пять. Вся могила в живых цветах. С неделю тому назад в Историческом музее общества «Старая Москва» чествовали память Виктора Михайловича, был доклад, за ним воспоминания о детстве и юности. Доклад слабый (секретарь общества), воспоминания (Аполлинарий) приятны, хотя и хаотичны. Говорил еще кое-кто довольно косноязычно. Народу было много. Но что вышло странно - это одновременное с чествованием памяти усопшего - празднование семидесятилетия Аполлинария Михайловича с речами, забавными стихами, с аплодисментами и проч. Желающим предлагалось гравированное изображение юбиляра, на обратной стороне которого в широкой траурной раме было извещение о кончине Виктора Михайловича и еще что-то относящееся к минувшим печальным дням. Неуместно, если не сказать большего. По газетам, ни Репин, ни его сын сюда не собираются. Купленные у него эскизы, выставленные на АХРР'е, слышно, слабые. [...] КУБУ мне предлагает поехать в Крым или на Кавказ на октябрь-ноябрь. Мудреное для меня это дело [...]

425. А.А.ТУРЫГИНУ
Москва, 12 сентября 1926 г.
Давно не писал ты, старик, и твое вчерашнее письмо немного прибавило к этому. Ну, ладно, что с тебя спрашивать, с архивариуса... Жена В.М.Васнецова, рожденная Рязанцева,- из старинного вятского купеческого дома (фабриканты). Она женщина-врач первого выпуска. Сейчас ей - семьдесят шесть лет. Она больная, едва двигающая ноги - старушка! Она всю жизнь была другом и тихим, немногоречивым почитателем таланта своего мужа. Она будет получать пенсию своего мужа - 75 р. [...] Вообще же сейчас выработан устав «Общества имени В.М.Васнецова». Общество это предполагает устроить в доме покойного музей его имени, сохранив в нем все то, что относится к его деятельности, жизни, «быту». Там же будут выставлены все его непроданные работы, как последнего периода, так и более ранние. За один рубль всякий может быть членом этого общества. Особые функции О-ва будут разработаны позднее. В создании О-ва принимают участие многие деятели, и я участвую во всех группах (инициативной и др.). От председательства отказался, но буду делать все, что умею и смогу. Председателем, вероятно, будет Щусев. То, что ты ждешь от меня о Васнецове - нечто вроде «воспоминаний», - напишу ли - не знаю. О нем писать трудней, чем о ком-либо. Потому что здесь одними общими местами или сплошными восторгами нельзя обойтись. Восторгов, как и хулы, на него было много. Но как дать, как очертить лицо его художественное и человеческое, не впадая в крайности оценок, - еще не представляю себе. Мне, знавшему В.М., из живущих ныне, быть может, наиболее полно, чтобы дать живой образ этого большого художника и человека, - нельзя обойтись одним сиропом... В.М. был человек страстный, там жила «стихия» сложная, гамма его деяний, поступков, чувствований была тоже сложная. И вот всего этого касаться мне «невместно». Как-то пришлось бы «судить Васнецова», а мне, Нестерову, судить и как-то, быть может, в чем-то осуждать его не приходится. Нас - Штоля и Шмидта, - пусть судит бог. Отдельные черты его характеристик, вероятно, найдутся в моих письмах к тебе - они отражали в той или иной степени те моменты, в кои они писались. Иногда, быть может, слишком сгоряча, под тем или иным впечатлением, но что написано, то написано. Повторяю - я не отказываюсь, но и не обещаю сделать это во что бы то ни стало.
О Репине сейчас говорить перестали.
Недели две тому назад я сделал себе «отпуск». Пожил дней восемь в Муранове. Там, у Тютчевых, многое на поминает былое, былую жизнь, обычаи. Там отдохнул душой и телом. Оттуда проехал в Хотьково к Яковлевым, с ними прошел в Абрамцево, где провел их престольный праздник. Через неделю в Абрамцевском музее открывается выставка «В.М.Васнецов в Абрамцеве».


Дальше »

"В картинах Нестерова нет случайностей, все подчинено смыслу, идее. И совсем не случаен тот элемент, который заметил я после многих-многих знакомств с «Видением отроку Варфоломею». Тихий пейзаж без четкой перспективы, мягкие полутона приближающейся осени, придающие всему своеобычную умиротворенность, спокойствие, и только единственное живое существо - подросток - стоит, окаменев от увиденного. Лицо отрока, как и сама природа, в великом спокойствии, но чувствуется за этим покоем мятущийся дух подростка, ненайденность им пути своего к святости, чистоте и добру остро сквозит в сознании отрока Варфоломея. И вот я обнаруживаю для себя новую линию в картине, как второй план в художественной литературе. Рядом с подростком тихая беззащитная елочка, ее зеленый трезубец вершинки не готов еще к будущим бурям, к открытой борьбе за существование, она скромно прячется в увядающей траве и как бы с боязнью озирается окрест, где живет, дышит, движется большой, не осознанный ею сложный мир. За плечами отрока стоит молоденькая, голенастая, тоже не окрепшая березонька, всего несколько зеленых веточек обрамляют ее ствол. Все это - олицетворение молодости, беззащитности, неистребимой тяги к будущему, интересному, неведомому."



цветок


М.Нестеров © 1862-2024. Почта: sema@nesterov-art.ru